Школьный звоночек - от 6 до 12 лет, советы психолога >

Адаптация ребенка к разводу родителей определяется тем, насколько он был подготовлен к разводу и к возможности ухода из семьи одного из родителей; враждебностью отношений родителей до развода; временем, проведенным ребенком с ушедшим из родителей; исходным состоянием здоровья и возрас­том ребенка и родителей.

Американские психологи свидетельствуют, что особенно сильное влияние развод оказывает на детей в возрасте до 6 лет. Это усугубляется тем, что именно матери маленьких детей сталкиваются с наибольшим числом трудностей. Дети в возрасте 3,5 - 6 лет после развода родителей часто испытывают силь­ное чувство вины и самоунижения. Дети в возрасте 7-8 лет чаще переживают чувства злости и обиды, особенно на отца. В 10 - 11 лет дети чувствуют себя за­брошенными, обиженными, сердятся на родителей, стыдятся своих семейных проблем. Только в возрасте 13-18 лет, испытывая чувство потери, обиды, подростки все же оказываются способными адекватно представить себе причины и послед­ствия развода, качество своих отношений с каждым из родителей.

Переживания ребенка усугубляются следующими обстоятельствами: пред­шествующие разводу ссоры родителей и неизбежное ухудшение обращения с ребенком в этой ситуации; ощущение ребенком отсутствия ушедшего родителя и восприятие его ухода как отказ от самого ребенка; дефицит общения с остав­шимся родителем, так как он часто бывает вынужден пойти на работу; ухудшив­шиеся отношения ребенка с товарищами, которые обычно задают ребенку не­скромные вопросы, дразнят и т.д.На детях отрицательно сказываются страда­ния оставшегося с ним родителя. С уходом отца дом лишается мужского начала, матери сложнее прививать мальчику чисто мужские интересы, формировать у него правильное представление о роли мужчины в доме. Адекватное представ­ление девочки о мужчинах легко может исказиться из-за нескрываемой обиды на отца и несчастливого опыта матери. Ситуация еще больше осложняется, если оставшийся родитель налагает запрет на позитивные чувства к ушедшему, когда его запрещается любить, вообще говорить и даже думать о нем. Дети, выросшие в неполных семьях, хуже подготовлены к семейной жизни, они чаще избегают вступления в брак, более склонны к разводам. Юноши и девушки из неполных семей в целом менее целеустремленны, инициативны, уравновешены. У них труднее развивается способность к сочувствию, к управ­лению своим поведением. Мальчики, росшие без отца, обычно усваивают "жен­ский" тип поведения либо у них формируется искаженное представление о муж­ском поведении как агрессивном, грубом, резком и жестоком. Впоследствии им сложнее качественно выполнять отцовские обязанности. У девушек из непол­ных семей, вышедших замуж, меньше шансов адекватно понимать своих мужей и сыновей, то есть выполнять роль жены и матери в традиционном понимании этих ролей.

Необходимость участия отца в воспитании детей обусловлена и "феминиза­цией" системы образования в России и в других странах СНГ. В дошкольном образовании на территории бывшего СССР до 100% женщин, в школе их, со­гласно разным источникам, - от 74 до 82%. За последние 10 лет число муж­чин-педагогов еще снизилось. Этому обстоятельству способствует небольшая заработная плата педагогов, падение престижа педагогической профессии в обществе, отсутствие выплат заработной платы в бюджетной сфере и прежде всего педагогам.

Абсолютное большинство детей страстно желают иметь обоих родителей. Многие дети живут надеждой на то, что их родители снова будут вместе. Согласно данным нашего опроса, среди 5-7-летних ребят надежды на вос­соединение отца и матери питали 65,7% мальчиков и девочек. С возрастом эти надежды уменьшаются, однако и в юношеском возрасте они сохраняются у 16% детей разведенных родителей. Р. Муксинов, анализируя результаты исследований американских психоло­гов, отмечает, что большинство американских детей считает для себя очень важ­ным продолжение контактов с отцом после развода. Треть из опрошенных нами ста детей не удовлетворены существующими контактами с отдельно про­живающими отцами, они хотели бы более интенсивного и качественного обще­ния. Подавляющее большинство детей выступает за свободный доступ отца к ним. Однако опрос ста разведенных матерей выявил, что эти пожелания детей фактически не реализуемы, так как лишь 33,8% матерей позволяют отцам посе­щать детей в любое время, 24,5% - раз в неделю, 3% - ежемесячно, 5% - по праздникам и летом, 17,6% приходится на неупорядоченные визиты, а 16,1% ре­бят не видели ушедшего из семьи отца больше ни разу. К несчастью, бывшие супруги довольно часто настраивают ребенка друг про­тив друга, внося еще больший психологический дискомфорта раненную разво­дом душу ребенка, для которого большим счастьем является сам факт наличия обоих родителей. Прививая чувство вражды к отцу (матери), родители насаж­дают в ребенке агрессивность, недружелюбие, подавленность, обиду и т.д. Ма­нипуляция ребенком не имеет оправдания и непременно обернется против того, кто ее посеял. Некоторые матери стремятся свести к минимуму встречи отцов и детей. В результате отец все меньше знает о ребенке, оказывается не в состоянии дей­ствительно воспитывать его, качественно общаться с ним. Отец начинает либо заискивать перед ребенком, задабривать его, аловать, либо, не испытывая по­ложительных чувств от общения с "незнакомым родным ребенком", постепенно теряет к нему интерес, или, наконец, принимает на себя роль стороннего на­блюдателя. Любая из названных стратегий взаимодействия живущего отдельно от ребенка отца оказывается неудовлетворительной, и страдает от нее прежде всего ребенок. Кроме того, отец, которому лишь изредка дозволяется видеться с ребенком и который не сталкивается со всеми трудностями воспитания, может оказаться для ребенка более привлекательным, чем мать. Это опять, сточки зре­ния матери, может служить аргументом против свиданий отца с ребенком. Одинокие матери и отцы имеют общие особенности: более ограничена их социальная жизнь, для семьи характерен больший демократизм во взаимоот­ношениях, родителю любого пола сложней вступить в повторный брак. При этом одиноким отцам больше помогают друзья и родственники, у них сильнее сужи­вается круг социального общения, чем у одиноких матерей. В свою очередь, матерям сложнее дисциплинировать детей. Отцы понимают, что их эмоциональ­ная близость с детьми, особенно с дочерьми, недостаточна. В больших семьях, с их богатыми внутренними связями, возможно пере­распределение возникающих напряжений, в диадических же (мать - ребенок, отец - ребенок) - любое событие приобретает глобальное значение.

Особенное напряжение во взаимоотношениях в неполной семье отмечается в подростковом возрасте. Пока ребенок мал, у него обычно складываются очень глубокие, часто симбиотические, эмоциональные отношения с единственным из родителей, чаще - с матерью. Такая мать (а иногда и отец) как катастрофу воспринимает типичный кризис в своих взаимоотношениях с подростком, когда первоначальная гармония разрушается под мощными проявлениями инди­видуальности последнего. Кризис во взаимоотношениях может наступить и в более поздних возрастах (в юношеском возрасте или в возрасте зрелости), если ребенок отстает в своем психологическом развитии от сверстников и от своего паспортного возраста. Родителям вообще свойственно не принимать изменений в личности ребен­ка, они бессознательно стремятся "сохранить" ребенка в детском состоянии. Психологи отмечают, что подростки в конфронтации с родителями склонны пре­увеличивать свой психологический возраст (степень своей независимости, са­мостоятельности), а их родители - преуменьшать. В неполных семьях чаще, чем в полных, подросток (юноша) оказывается в трагической ситуации: мать, находящаяся от него в сильной эмоциональной зависимости, настолько тяжело переживает его первые шаги в самостоятельной жизни, что это создает угрозу ее здоровью. Подросток оказывается в крайне тя­желой в моральном отношении ситуации: он должен выбрать между той жиз­нью, которая ему нравится, и здоровьем (а, может быть, и жизнью, как ему пред­ставляется или как ему подсказывают) своей матери. Некоторые тиранические или слабые женщины в буквальном смысле слова терроризируют своих детей, ставя свое здоровье в прямую зависимость от поведения последних. Так, у одной из моих клиенток однозначно начинался приступ удушья, когда ее 22-летний сын задерживался на свидании более чем на 20 минут. Главный объяснительный мотив переживаний матери сводился к фразе: "Я волнуюсь, мечусь по квартире, а он со мной не считается". В диадических семьях типа "мать-сын" психологи встречают и своеобразные конфликты, основанные на перене­сении матерью на сына невостребованных претензий к его отцу, то есть по су­ществу это напоминает супружеский конфликт. Психолог должен помочь маме понять это, осознать, что сын - это только сын, а не несостоявшийся супруг. При отсутствии мужа перенесение претензий к сыну может сочетаться с перенесени­ем на него же отношения взрослой женщины к ее брату. И даже если мать не­жно любит брата, ее сыну немногим легче, так как мама фактически ожидает от подростка поведенческих проявлений двух взрослых мужчин: мужа и брата. Этих отношений она одновременно может и хотеть, и бояться. В любом случае ее сын - просто другой (отличный от отца и дяди) человек: подросток, а не взрослый, уже поэтому он никогда не сможет соответствовать неадекватным ожиданиям матери.

Не менее тяжелой оказывается ситуация в неполной семье, когда оставший­ся с ребенком родитель (чаще - мать) стремится так воспитать ребенка, чтобы "всем было понятно, что и в отсутствии отца её ребенок вырос достойным". Обыч­но в подобных случаях мать стремится во что бы то ни стало реализовать в ре­бенке собственные нереализованные планы, жизненные установки и идеалы. При этом также зачастую не учитываются особенности ребенка, его реальные воз­можности, даже принципиально иное время, в которое он растет. Следствием этого несоответствия родительских ожиданий и реальных достижений ребенка, как правило, становятся затяжные и чрезвычайно травматичные для всех участ­ников родительско-детские конфликты. На наш взгляд, тревожным диагности­ческим признаком является признание мамы: "Женя всегда в курсе всех моих дел. Я делюсь с ним всем, что со мной происходит на работе, дома. Спрашиваю, как он поступил бы на моем месте"... Фактически в данном случае мама сооб­щает, что 12-летний сын выполняет в семье роли мужа и подруги... Понятно, что мальчик скверно справляется с предписываемыми ему обязанностями, явно утомляется от них - подросток поневоле перенес сферу своих интересов из се­мьи в дворовую компанию сверстников. Больших трудов стоило отвлечение его от "друзей", бросивших школу и проявляющих признаки асоциального поведе­ния. Вопрос, с кем из родителей останется ребенок после развода, отнюдь не праз­дный. По данным статистики, в настоящее время в России в неполных семьях воспитывается более 4 миллионов несовершеннолетних детей. При равенстве родителей перед законом Российской Федерации суд чаще всего оставляет ребенка у матери. И мать, и отец могут порознь успешно вырастить и воспитать ребенка. Вместе с тем абсолютное большинство неполных семей в нашей стране - это семьи, состоящие из матерей и детей. Последние 5-7 лет в России растет число и одиноких отцов, воспитывающих детей самостоятельно. В Москве даже создана ассоциация одиноких отцов. По данным Т. Хипгрейва, в Англии 12% одиноких родителей составляют отцы.

Приведенные выше материалы свидетельствуют о том, что фактически на разных этапах все члены разведенной семьи нуждаются в специальной психологической помощи, но несомненно, что наибольшая потребность в этой помощи - у ребенка.

Существенную поддержку ребенку могут оказать и близкие:

1. Ребенку следует объяснить, что произошло. И сделать это нужно в доступной для его понимания форме. При этом обязательно соблюсти как минимум три правила:

никого не обвинять; заверить, что ушедший из семьи родитель любит его;

показать, что так бывает с очень многими людьми и поэтому пусть лучше будет та к как есть.

2. Постараться не менять место жительства, потому что ребенок теперь сильнее, чем когда-либо, нуждается в сохранении старых дружеских связей.

3. При вынужденной перемене места жительства нельзя одновременно забирать ребенка из его детского сада или школы: ведь он и так чувствует себя покинутым одним из родителей - отрыв от друзей и просто знакомых, привычных лиц может только усилить это ощущение.

4. Помогать ребенку взрослеть и становиться самостоятельным, не замыкая искусственно его на себе, в противном случае у него сложится чрезмерная и нездоровая зависимость от оставшегося с ним взрослого.

5. Постараться как можно проще разрешать возможные разногласия с прародителями (собственными отцом и матерью) по поводу воспитания ребенка Возможно, они предложат свою помощь, и одинокому родителю придется принимать ее гораздо чаще, чем хотелось бы. Каждый конфликт с ними будет вредить ребенку, будет рождать и поддерживать в нем неуверенность, а самого родителя выводить из себя.

6. Если ребенок не маленький, нужно создать ему возможность встречаться со сверстниками и с какими-то другими лицами того же пола, что и отсутствующий теперь в семье родитель: это могут быть родственники, друзья семьи, хорошие знакомые.

7. По возможности следует обеспечить ребенку наблюдение психолога.

8. И все же самое главное, что может сделать одинокий родитель, - это по возможности обрести собственную семью, заменить недостающего родителя.

Опыт оказания психологической помощи семьям разведенных родителей свидетельствует о том, что, как правило, попытки одинокого родителя быть одновременно матерью и отцом для своего ребенка оказываются неудачными. Практически невозможно одинаково адекватно, достоверно и постоянно воспроизводить столь различающиеся по своей сути образцы поведения лиц разного пола. Человек все равно остается только мужчиной или женщиной, матерью или отцом. Ребенок в семье с одним взрослым в ущерб своей самостоятельности, самодостаточности неизбежно становится более зависимым от воспитывающего его родителя, он утрачивает (или не успевает приобрести вовсе) психосексуальные ориентиры, отдаляется от стандартов половых ролей, соответствующих его полу, - у ребенка надолго, если не навсегда, создается путаница в его представлениях о ролях мужчины и женщины в семье и в жизни в целом; о допустимых способах реализации этих ролей. Психологи отмечают, что проблема психосексуальной идентичности особенно острой оказывается в неполных семьях с искажением психосексуальных ролей, когда, например, властная мама выполняет в семье психологически мужскую роль, воплощая в себе силу, власть, право принимать окончательные решения и отвечать за эти решения, право наказывать и пр. Дети в таких семьях в силу действия бессознательного механизма идентификации вынужденно отождествляются с ролями и образцами поведения лиц противоположного пола - в будущем они испытывают явные затруднения в общении с людьми противоположного пола, в поисках интимного партнера, в выборе профессии, в общении с собственными детьми и т.д. Чем позже создается одиноким родителем новая семья, тем сложнее бывает ему самому принять в семью нового взрослого члена, тем труднее принимает его и ребенок.

Цели этой работы:

Понимание реального качества распавшегося брака, собственной роли в нем и собственных ошибок, в частности для того, чтобы не нести их по жизни дальше.

Смена неадекватных, нереалистических, эгоцентрических установок взрослых на установки реальные, равноправные, позволяющие строить нормальные, здоровые отношения со своим "Я", с близкими, с окружающим миром.

Укрепление и повышение позитивности генерализации (положительности) восприятия значимых людей.

Адекватизация. объективизация собственной самооценки и формирование искреннего уважительного отношения к себе.

Понимание, что неуспех в браке - это ещё не неуспех в жизни в целом. Если родители (или один из них) окажутся готовыми, то, несомненно, полезной для них была бы работа по выявлению глубинных истоков их личностных проблем, приведших к разводу.

Главным средством профилактики разводов и их тяжелых последствий должна стать эффективная система подготовки граждан к браку, к жизни в семье.

Наверное, вечно будет дискутироваться вопрос о том, насколько необходимо общение ребенка с ушедшим из семьи родителем. Полагаю, что этот непростой вопрос всякий раз должен решаться самим одиноким родителем при обязательном учете истинных интересов ребенка. Категорический совет, например, А. Фромма об окончательном (раз и навсегда) разрыве отношений ребенка с ушедшим из семьи отцом (матерью) следует принять только в крайнем случае:

когда ребенок психологически не привязан, например, к отцу, а отец абсолют­но не заинтересован в ребенке либо на самом деле объективно отрицательно влияет на дитя.

Принимать столь ответственное решение можно, лишь посоветовавшись с психологом.

Для правильного психического развития ребенку витально необходимы любовь и уважение окружающих его людей, а его воспитание непременно должно быть последовательным. В неполной семье значение названных факторов многократно выше, потому что дефекты общения и воспитания по сути оказываются невосполнимыми.

Родителям неполной семьи предстоит придерживаться следующих рекомендаций по воспитанию: не заниматься воспитанием в плохом настроении;

понять, чего вы хотите от ребенка и объяснить это ему; узнать, что он об этом думает;

предоставить ребенку самостоятельность. Воспитывать, но не контролировать каждый его шаг. Не подменять воспитание опекой; не подсказывать готовое решение - подсказывать, если необходимо, пути к решению и время от времени разбирать с ребенком правильные и ложные шаги к цели; непременно хвалить ребенка за успех; научить ребенка самому оценивать свои достижения и гордиться ими; если ребенок совершил проступок, нужно оценить проступок сразу и сделать паузу, чтобы ребенок смог осознать услышанное; оценив проступок, следует поддержать ребенка как личность: прикоснуться к нему, чтобы он почувствовал, что близкий человек сочувствует и надеется на него, что родитель уверен, что все у дитя будет в порядке; с ребенком нужно быть добрым и последовательным, в меру строгим; в случае возникновения трудностей в воспитании, а лучше - для их профилактики - следует обратиться за помощью к психологу. Чтобы психологическая помощь ребенку в разводящейся (разведенной) семье была действенной, необходимо одновременно предоставить возможность психологической консультативной помощи и его родителям.